Спасительный выдох

Каждый второй россиянин заражен бактерией хеликобактер пилори. При таком уровне инфицированности на стране необходима постоянная массовая диагностика. Лучшим диагностическим методом, по мнению ученых и медиков, является дыхательный тест

Рисунок: Константин Батынков

В 2005 году двое австралийских ученых получили Нобелевскую премию по медицине из-за открытие, которое они сделали лет вслед тридцать до этого. Их служба совершила переворот во медицине, в частности в диагностике и лечении некоторых заболеваний желудочно-кишечного тракта. До их опытов считалось, что гастрит и язва - болезни "от нервов". Бывает и так, но австралийские ученые доказали: виновниками этих заболеваний частенько является хеликобактер пилори. С тех пор в мире изменился подход как к диагностике, бесцельно и к лечению. И хотя методов выявления бактерий было предостаточно, ученые искали оптимальный - быстрый, щадящий и эффективный. В начале 90−х таковым были признаны дыхательные тесты. В России кроме того велись поиски в нужном направлении - подобные тесты были созданы и запатентованы. Ба в 1994 году появилась компания, призванная из разработки соорудить выгодный бизнес.

Хеликобактер размножает нобелевки

Впервые бактерии в желудке собаки были описаны в 70−х годах XIX века. В самом конце столетия было отмечено, что собаки и кошки могут заражаться этими бактериями от мышей. В 1906 году похожие спиралевидные бактерии были обнаружены у человека, умершего от злокачественной опухоли желудка. Тогда их назвали спирохетами карценомы (рака желудка). Вслед за эти спирохеты датчанин Йоханнес Фибигер в 1927 году получил Нобелевскую премию: он заражал бактериями мышей, и те сквозь некоторое час помирали от рака желудка. При всем при том позже про эту спирохетскую нобелевку научное сообщество, казалось, напрочь забыло. Момент от времени всплывали какие-то сообщения о спирохетах и более того приводились факты: "нервные" желудочные заболевания поддаются лечению антибиотиками, но версия инфекционного происхождения этих болезней не находила признания. Корифеев гастроэнтерологии не разрешено было уговорить в том, что в соляной кислоте, присутствующей в желудке - она необходима для переваривания пищи, - может выжить хоть одно живое существо, нехай даже микроскопическое. Догма оказалась живуча во многом из-за отсутствия сегодняшнего инструментария, с помощью которого сильно без труда разрешено приметить любую бактерию и идентифицировать ее.

Нобелевские лауреаты Робин Уоррен ...

Фото: AFP/East News

Самые упертые, однако, продолжали разыскивать бактерии там, где их по определению не должно было быть. Особым упорством отличался патологоанатом из Королевского госпиталя австралийского Перта Робин Уоррен. В начале 80−х он все собирал и собирал пробы из пораженных желудков и мог часами анализировать в электронный микроскоп спиралевидные бактерии с пятью жгутиками. Казалось бы, что ещё надо. Но над ним смеялись даже близкие коллеги. Мол, руки лучше надобно мыть, пробы могли быть загрязнены где угодно. Доказательством могли бы послужить выделенные и выращенные в культуре бактерии. Но у Уоррена на первых порах ничего не получалось. Внезапно у него появился союзник в лице молодого интерна Барри Маршалла, тот, что не только был практикующим врачом, но и проворно интересовался научными исследованиями. На пару они день после днем холили и лелеяли спирохеты в специальных питательных средах, но толку не было. И только как-нибудь Уоррен с Маршаллом на практике забросили своих микроскопических подопечных, уехав на пасхальные каникулы, колонии разрослись.

... и Барри Маршалл объяснили миру, что гастрит и язва не от нервов, инак от микроба

Фото: AFP/East News

Спиральная бактерия, излюбленное местоположение жительства которой - пилорический отдел желудка, стала именоваться хеликобактер пилори. Обрадованные ученые тут же настрочили статью о хеликобактере, его укрывательстве в желудочной слизи от соляной кислоты и диверсиях, заканчивающихся гастритами, язвой и даже раком. Значительный журнал The Lancet не рискнул издать данные об этом открытии. Барри Маршалл с горя выпил раствор культивированных бактерий, и посредством некоторое пора у него был обнаружен гастрит, который он потом вылечил с помощью антибиотиков. Затем этого Маршалл посвятил свои изыскания подбору тех антибиотиков, которые будут "доставать" хитрые желудочные спирохеты.

Lancet в 1983 году все же опубликовал статью, в некоторых случаях исследования австралийцев были повторены уважаемыми лабораториями мира, в частности авторитетным для журнала патологоанатомом из Великобритании Мартином Скирроу. Бесчисленные исследования в разных странах лишь подтверждали факт: без малого поголовно у всех гастритчиков обнаруживались оккупанты в виде хеликобактера пилори. Уже в середине 90−х на Западе были разработаны стандарты антибактериального лечения гастрита и язвенной болезни, ассоциированных с хеликобактером. В России же еще в 2005 году, когда-либо Уоррен и Маршалл наконец-то были вознаграждены Нобелевским комитетом, недалеко не всяческий гастроэнтеролог признавал очевидное.

Осторожнее с поцелуями

Мировая статистика свидетельствует о том, что хеликобактер пилори - чуть ли не самая распространенная вредная кокк в организме человека: в развитых странах она поражает до 50% населения, в менее развитых - до 90%. Бацилла передается разными путями - через грязные руки, посуду, детские игрушки и соски, врачебный инструментарий, наконец, через поцелуи. И вот хеликобактер уже чувствует себя полным хозяином в месте, где другие легко не выживают. В его арсенале полно приспособительных навыков. Благодаря своей спиралевидной форме и жгутикам он ввинчивается в вязкий слой слизи, которая отчасти защищает его от кислот, там он вырабатывает особенный фермент, который дополнительно обволакивает его коконом. Еще он вырабатывает специальные вещества, способные блокировать антитела, которые засылает к нему иммунная система. Они же действуют как токсины, разрушающие эпителий. "В ста процентах случаев эта микроорганизм вызывает гастрит, - рассказывает глава гастроэнтерологической клиники МОНИКИ профессор Геннадий Цодиков. - И что самое неприятное, в подавляющем большинстве тот самый гастрит вначале протекает помимо всяких клинических проявлений. Потом в некоторых случаях он может перебегать в язву и даже в рак желудка".

Печальная статистика инфицированности народонаселения хеликобактером побудила медиков забить тревогу. В некоторых странах, в частности в Бельгии, провели практически тотальное обследование населения, и потом лечения порядок гастроэнтерологических заболеваний в этой стране грубо снизился. В западных странах массовые обследования проводить легче, чем, к примеру, в России: там и оборудование повсеместно хорошее, и граждане не в образец больше дисциплинированные. У нас же, кого ни спроси насчет подобного обследования, чуть-чуть кто ответит утвердительно. Многие передергиваются, считая, что для этого необходимо миновать эндоскопию - очень неприятную процедуру с глотанием трубки. Хотя существуют и другие методы. В частности, помимо эндоскопии, при которой исследуют взятый кусок ткани, позволительно сдать кровь или слюну, которую изучают методом ПЦР (полимеразной цепной реакции) по специфическому участку генома бактерии, не возбраняется сдать кровь на антитела к хеликобактеру. Но это все примерно называемые инвазивные методы, требующие вмешательства в организм. "При этом, - добавляет Цодиков, - при инвазивных методах завсегда существует риск заразиться другими инфекциями, вирусными например". К тому же не все они точны.

Ученые искали что-то паче эффективное и щадящее для диагностики. И вот в начале 90−х появились первые неинвазивные уреазные дыхательные тесты, основанные на новых знаниях о хеликобактере. Исследования показывали, что эта микроб энергично перерабатывает мочевину, разлагая ее на аммиак и диоксид углерода. Таким образом, если хеликобактера накормить мочевиной, то выход диоксида углерода повысится. Но чтобы отловить это повышение, углерод нужно было как-то пометить. Известно, что в выдыхаемом человеком воздухе эдак 99% диоксида углерода с изотопом-12 и грубо 1% - с изотопом-13. И если соединение мочевины пометить изотопом-13 , то его численность на выходе будет указывать, есть хеликобактер или его нет. Больной дышит в трубку, пробирка укупоривается, и в этой пробе будет на глаз 1% изотопа-13. После этого пациент принимает тестовый порошок и через 30 мин (пик разложения мочевины бактериями) дышит в другую пробирку. Следом результаты сравниваются, изотопы меряет масс-спектрометр. Если в желудке поселились бактерии, то во второй пробирке число С13 может добиваться приблизительно 5% в зависимости от размера колоний. Этот тест стали с успехом использовать на Западе. В текущий момент там уреазный дыхательный тест в гастроэнтерологии признан "золотым стандартом".

Найдите нам инвестора

В России такого теста не было, хотя идеи в лабораториях витали. В первую очередь возникла дума о производстве изотопов С13. Аюшки в бизнес-проект ее решила воплотить энергичная сотрудница Троицкого института инноваций и термоядерных исследований (ТРИНИТИ) Людмила Сакович. "Многое в жизни происходит почти случайно, - рассказывает она. - У меня были знакомые американцы, которые хотели наладить инновационный коммерциал в России, а продавать на Западе. А в это миг ТРИНИТИ и Институт спектроскопии РАН впервой в мире спроектировали лазерную технологию разделения изотопов диоксида углерода на 12−й и 13−й. В мире это делали с помощью диффузии или центрифугирования. Вот и возникла мысль сформировать делание промышленного разделения изотопов на финансы американцев".

Уреазный дыхательный тест на Хеликобактера пилори во всем мире считается самым лучшим в диагностике гастроэнтерологии

Фото предоставлено компанией TSD Isotopes

Сакович параллельно стала выискивать на Западе потребителей С13. И нашла в Канаде. Отделение крупной фармацевтической компании Merck Sharp & Dohme в Канаде занималось разработкой и производством различных соединений, меченных С13. Канадцы были заинтересованы в российском сырье, которое навскидку было бы на треть дешевле того, что они покупали на мировом рынке.

Воодушевленная тем, что нашла покупателей на С13, Людмила Сакович вернулась в Москву. Но в Москве ее оптимизм поугас: покупатели изотопов как будто есть, а самого изотопа в то время как нет: отношения у американцев, готовых вложить в проект, и ученых-лазерщиков не клеились. Американцы уже размахивали бумагами, мол, им готовы банки вручить кредит, нашим же не хотелось возвращать ценную разработку в чужие руки. Институтское руководство при поддержке академика Евгения Велихова вступило в переговоры с "Газпромом". В конечном итоге инвестором проекта стала дочерняя фирма "Газпрома" "Газ-Ойл" , которая начала сооружать предприятие в Калининграде в 1994 году. Для координации проекта было создано небольшое инновационное предприятие TSD Isotopes Ltd, которое возглавила Людмила Сакович. Покуда завод строился, потенциальный клиент ушел на иной рынок. Встал вопрос: а на кого будет трудиться завод? Сакович стала сноваться по конференциям биохимиков, биофизиков, гастроэнтерологов - разыскивать сподвижников для создания отечественного дыхательного теста. На одной из конференций она познакомилась с заведующим лабораторией масс-спектрометрии пущинского Института биохимии и физиологии микроорганизмов им. Г. К. Скрябина РАН Анатолием Зякуном. "Мы в это период проводили крайне близкие исследования, - рассказывает Анатолий Зякун, - разрабатывали методики неинвазивной диагностики состояния углеводного обмена у больных сахарным диабетом. Дыхательный тест с применением глюкозы, меченной стабильным и безвредным для человека изотопом С13, позволял в динамике следить нарушения углеводного обмена". Потому идея Сакович о дыхательном тесте на хеликобактер попала на подготовленную почву. В содружестве с МОНИКИ ученые из Пущина начали разработку в 1998 году. Нашенский тест отличался от западного. Занятие в том, что западные соединения мочевины включали С13, обогащенный до 99%. Завод же в Калининграде должен был отпускать на свободу С13 с обогащением 30%: расчеты показали, что такое сырье будет экономически наиболее выгодным и в то же время эффективным. Но ученые решили и дальше усовершенствовать соединение мочевины: исследования показывали, что в кислой среде хеликобактеры еще активнее разлагают мочевину. И тогда тест мало подкислили, добавив лимонную кислоту. Это позволило в свой черед снизить количество мочевины в отечественном тесте по сравнению с западным. После этого исследователи провели серьезную работу по построению таково называемой калибровочной кривой, чтобы определить корреляцию между количеством бактерий и количеством С13. Операция все та же - дышат в пробирку до теста и вслед за тем него. Были получены патент и дозволение на испытания. Методом уреазного дыхательного теста было обследовано немного сотен пациентов МОНИКИ. Проводились и сравнительные с другими методами испытания, которые показали, что уреазный дыхательный тест по основным параметрам в чем-то равен, а по большей части превосходит другие методы. К тому же он дает вероятность наблюдать ради состоянием пациента во время лечения.

Несмотря на энтузиазм и подготовленность ученых, работа над тестом велась семь лет. По словам Сакович, чересчур зачастую мешала бюрократия. Завод в Калининграде был введен в 2000 году, а теста еще не было. И если сначала сырье еще продавали следовать границей, то вслед за тем западные производители C13 снизили цены на свою продукцию, и наша оказалась неконкурентоспособной. Завод стал действовать на склад, а через некоторое время и совсем был остановлен. Надежды середины 90−х - мы можем пробиться со своими технологиями на западные рынки - в этом конкретном случае провалились. Сакович не говорит, сколь денег было вложено в завод. Не любят об этом распространяться и в "Газпроме". Но там решили принять хоть что-нибудь и заговорили о продаже предприятия по остаточной стоимости. Сакович как могла убеждала этого не делать: мол, быстро будет разработан отечественный тест. Все окончательные разрешительные документы на применение были получены лишь в 2007 году. Завод пока не продан. Тест готов и разрешен к изготовлению и продаже, но в настоящее время нужно еще отгрохать выработка самих тестов, которое в качестве сырья будет применять произведение калининградского завода.

Когда Людмилу Сакович, участвовавшую с проектом уреазного дыхательного теста в шестом Конкурсе русских инноваций, поздравляли с получением премии журнала "Эксперт" за технократическую фантазию, она эмоционально обратилась к залу: "Ну пожалуйста, найдите нам хорошего инвестора, ибо он не прогадает". По приблизительным оценкам, говорит Сакович, план окупится уже через год. По мнению маркетологов, при уровне инфицированности населения от 50 до 80% и активной пропаганде щадящего дыхательного теста емкость рынка в ближайшие годы может собрать 20 млн тестов в год. По словам Людмилы Сакович, этакий тест будет стоить приемлемых денег - 450-600 рублей. Задача может быть в другом: анализироваться тест должен на дорогостоящих масс-спектрометрах , которые могут стоить возле миллиона рублей, и на инфракрасных анализаторах - они ненамного дешевле. Но, по словам Анатолия Зякуна, эти приборы не должны стоять в каждой районной поликлинике - лишь в крупных центрах. Пробирки могут доставляться туда, от этого содержимое совершенно не пострадает. "Главное, что таким тестом захочет употребить значительно больше людей, чем сейчас, - убеждена Людмила Сакович. - В особенности это немаловажно в детской диагностике".

Keywords: