Сумасшедшая краса

Скоро воззвание к пластическому хирургу станет чем-то как будто похода на парикмахерскую: технологии совершенствуются, цены падают - нынче каждая шестая дама и всякий десятый мужик не долой улучшать свою обличье хирургическим путем. И все-таки непоблизости не все они готовы к тому, что их ждет на самом деле: к послеоперационным страданиям, неоправданным надеждам на радикальное улучшение жизни и новой психологической зависимости. Без малого все пациенты возвращаются к своим врачам, чтобы продолжить изменения

Одна пятнадцатилетняя девчонка с родителями приходила, - рассказывает мне патриарх отечественной пластической хирургии профессор Александр Неробеев. - Они стоят во уголке, однако она показывает на отца и кричит: "Разве не возбраняется было с эдакий харей располагать детей?" И таких девчонок, которые несложно с ума сходят, полно.

Таких девчонок постоянно было и будет полно: подросткам положено маяться из-за своей внешности. Но десять-двадцать лет вспять они решали эту проблему менее радикальными способами: красились погуще, делали на голове "химию" или, в конце концов, "ирокез", достигая гармонии между мятущимся внутренним миром и внешностью. Конечно, кому-то богатые родители могли оплатить и пластическую операцию: в Грузии ещё в 80−е годы по улицам ходили женщины и девушки с забинтованными носами - все повально убирали национальную горбинку. Но большинство столь и вырастало с натуральными носами, кривоватыми ногами и маленькой грудью - и ничего. Многим удавалось возлюбить себя такими, какие есть, тем паче что других вариантов все одинаково не было.

Другое занятие сегодня: открой каждый журнал с конца и увидишь не меньше десятка заманчивых предложений враз достичь мечты. Слова "липосакция" и "имплантаты" понятны в настоящий момент каждой девочке, еще вчера наряжавшей куклу Барби. У которой, кстати, такая грудь, что Памела Андерсон нервозно курит. Несомненно и Памела, как известно, свою грудь получила от пластического хирурга - от мамы с папой ей досталось достаточно скромное наследство. В общем, круг замкнулся: если более того неземной красоты голливудские дивы без конца себе что-то там подрезают, наращивают и подравнивают, не говоря уже про звезд отечественного разлива, то как протянуть без пластики всем остальным - с такими ногами, ушами и губами? В общем, "с этакий харей"?

Может, денег на операцию в то время как и нет, но на мечту позволительно накопить, схватить кредит, выпросить у мужа - замужество оттого что совсем не излечивает от страданий по поводу своей незавидной внешности.

Успех налицо

Александр Неробеев делал операции по улучшению внешности еще 20 лет назад, в отдельных случаях на весь Общесоветский Союз было две клиники: Институт красоты на Ольховке и отделение челюстно-лицевой хирургии ЦНИИС. С тех пор, на его взгляд, обстановка в области руко­творной красоты здорово изменилась не только количественно, но и качественно. Сейчас в одной только Москве немного сотен отделений косметической хирургии при больницах и самостоятельных клиник, где делают эстетические операции. Для хирургов пластика - славный схема заработать: одна операция тянет на две-три зарплаты в больнице.

Желающих что-то подкорректировать в своей внешности с помощью скальпеля с каждым годом становится все больше. На все клиники - и те, где оперируют именитые врачи, и те, что пачками открываются в полуподвальных помещениях, - пациентов хватает. Молоденькие барышни устраивают в кабинете Неробеева некрасивые истерики. Как квартировать с таким лицом? Как достигнуть успеха, изготовить карьеру, вылезти замуж ради богатого и успешного, если нос крупноват, ба грудь "мальчикового" размера?

"Мы живем в эпоху консюмеризма. Люди стали побольше ранимыми: все эти призывы "будь секси, будь первым", фейс-контроли , дресс-коды крайне влияют на людей", - резюмирует профессор.

Маша не делала покуда пластических операций, но проводит много времени на специальных форумах, инак при встречах с подругами первым делом интересуется, не нужно ли ей поднять грудь и все ли у нее в порядке с ногами. Маша считает, что ее восприятие собственного тела складывается в основном из мнения окружающих. "Мне говорят, что все отлично, и я успокаиваюсь, но иной раз остаюсь наедине с собой, то вижу, что надобно навалом чего изменить". Маша даже была на консультации у хирурга - хотела свершить себе грудь, как в девичестве. Эта дума появилась у нее, как и у многих женщин, потом родов. Но дальше консультации пока яко и не пошла: "Грудь для меня - не рабочий инструмент, а на эти денежки разрешено взять компьютер, тот, что для меня значительно важнее, безусловно еще останется себе на ботинки и что-нибудь ребенку купить". И вообще, начитавшись откровений тех, кто подсел на пластику, Маша сделала вывод, что это своего рода психоз. На форумах она не регистрируется и в диалоги не вступает. Но грудь произвести хочет, останавливает только отсутствие денег.

Маша видит у себя и другие недостатки. В первую очередь она боролась с ними с помощью фитнеса и диет. Теперь, говорит, худеть уже некуда - настала очередность хирургии.

Мы попросили социологов из компании SuperJob провести опрос, в каких случаях люди готовы совершить себе пластическую операцию. Рес­понденты разделились на два лагеря. Начальный - романтически воспитанные граждане, считающие, что красота должна быть только естест­венной ("в старости вышел ничего постыдного", "природа наделила каждого человека своими особенностями", "естественное лик человеческий украшает человека", "те, кто делает пластику с целью продления молодости, нетрудно изменяют себе"). Они полагают, что настоящее уродство - внутри человека ("жаль, что не делают операций по прочистке мозгов", "меняться необходимо изнутри"), а эстетическая хирургия - это вмешательство в божест­венный промысел ("человек должен тесниться с теми лицом и телом, которые ему подарил бог"). А изредка легко говорят: "Не дай бог!" или "Это следовательно больно". Второй лагерь - те, кто воспринимает пластическую операцию как типичный цивилизованный шаг по улучшению своей внешности и повышению "конкурентоспособности" ("в шоу-бизнесе или следом тяжелой аварии", "с наступлением определенного возраста"). Впрочем, мужчины менее лояльны к хирургическому вмешательству, чем женщины, и считают, что операции годятся только в кинематографических ситуациях ("чтобы спрятаться от преследователей", "если бы я стал президентом").

В ходе исследования выяснилось, что 17% женщин (каждая шестая!) отдались бы в руки хирурга, если бы у них были лишние деньги. Наименее лояльными оказались женщины от 20 до 30 лет (67% - только в случаях крайнего уродства, 13% - никогда). Наиболее лояльными - женщины в возрасте между 40 и 50 годами (22% - если бы были лишние деньги, 11% - если нужно по работе, 6% - если нужно кому-то понравиться), но с ними все больше понятно: они восполняют не то, что недодала матушка-природа , а то, что отнял возраст.

Антивозрастные операции, рассказывает Неробеев, шибко помолодели: раньше их делали женщины в 40-50 лет, в настоящее время на подтяжку приходят 35−летние.

Стать моложе женщины хотят не только для себя и своей личной жизни. Карьера - не завершающий резон в желании подправить возраст скальпелем. Тридцать пять лет - как раз та возрастная планка, перешагнув которую работу становится выискать несколько сложнее. Работодатели хотят лицезреть бухгалтеров, менеджеров, экономистов, переводчиков "с опытом работы, до 35 лет". И больше шансов обрести вакантное местоположение у того кандидата, у которого приятное молодое лицо, и ничего с этим не поделаешь.

Впрочем, стареть в эти дни не принято и в том случае, как-нибудь с социальным статусом все в порядке. Морщины и большие гроши несов­местимы. Заместитель генерального директора "Артклиник" (пластическая хирургия и косметология) Евгения Парфенова объясняет мне, что физиономия - как часы или автомобиль: должно надлежать доходам. Если ты успешен, будь добр иметь в распоряжении свежий, цветущий вид.

- А так, мотивы самые разные, - говорит Евгения. - От совершенно понятного желания глядеться моложе и красивее до самых неожиданных. Например, одна леди после этого развода решила отбыть в США и вкалывать там бебиситтером, но не подходила по возрасту. Правда, подогнав физиомордия под требования работодателей, она почему-то отъезжать передумала.

Хирургический образ жизни

Двадцатилетняя Полина сделала две пластические операции - улучшала нос. Первая, говорит, была неудачная. Плод второй, сделанной в Москве у знаменитого хирурга, ее устраивает.

- А что с носом было не так?

- И,также обычный нос был, прямой, - отвечает Полина, - но надо было, чтобы покороче и слегка вздернутый. Это для камеры - я в кино снимаюсь. Ну и для себя тоже. Вы только имя настоящее не пишите, а то у меня страсть сколько знакомых взрослых дяденек, им будет неприятно, что я что-то с собой делала.

В ближайших планах Полины - губы, а рано или поздно родит, то немедленно непременно сделает грудь.

Но не все такие скрытные, как она. На форумах, посвященных пластической хирургии, девушки публикуют свои фотографии "до", "после" и даже "во время", то есть запечатлевают себя с отеками, гипсом и синяками под глазами. На одном из таких форумов лидирует худенькая барышня под ником Ferrari. Она сделала грудь, нос и собирается, кажется, соорудить еще что-то. Сообщество любительниц пластических операций - это особенный мир. В этом месте обсуждают виды имплантатов и способы их введения, делятся байками и именами хирургов, заслуживающих или не заслуживающих доверия. Правда, многие фотографии вызывают недоумение: где "до", а где "после" без опознавательных надписей не разобраться. Причем зачастую бюст "до" выглядит броско лучше, чем "после". То же и с носами: новопостроенный нос нередко сложно отличить от старого.

Полина говорит, что в очереди на консультацию болтала с девочками, и оказалось, что все пришли по второму, а то и по третьему разу.

"Людей, сделавших сильнее одной пластической операции, много, - говорит психолог Мария Полянина. - В моей практике встречались женщины, с трудом называющие точную цифру - то ли шесть, то ли восемь. Несложные, по их мнению, операции типа блефаропластики вообще не считают. Натурально же, врачи не отговаривают таких пациентов - ибо это бизнес. Более того, в ряде клиник существуют специальные бонусные накопительные системы оплаты, провоцирующие клиентов на повторное обращение".

- Есть такое выражение: "пациент подсел", - смеется Неробеев. - У меня была одна пациентка, юная красивая девушка, стюардесса международных линий. Я ей сделал то ли восемь, то ли девять операций. В текущее время даже и не помню.

- А вы отговорить ее не пытались?

- Я отказываю, если джентльмен психически неуравновешен, если он чрезмерно зациклен на своей груди или носе или если у него есть противопоказания по здоровью. Еще отказываю, если ни за какие блага общего языка с человеком, - тогда во что бы то ни стало будут проблемы. А если операция возможна и больной хочет, то делаю. Та стюардесса осталась довольна, чувствует себя совсем счастливой. Я ее недавно встретил в самолете, от времени до времени в Америку летел. Говорит: "Я к вам, Александр Иванович, еще раз собираюсь".

Доктор, у меня мания

Прием в ЦНИИС заканчивается в 13.00, на часах - зачин второго, но в коридорчике вслед дверью с надписью "ночной врач" все стулья заняты. Пациенты сидят, устремив недвижный точка зрения в телевизор. Дама рядом со мной прямо пришла действовать нос. Он не ужасный, но видно, что ей его неудачно прооперировали. А может, она без затей ударилась - в аварию попала например, вот нос и распух. Худенькая женщина, замотанная в платочек, что-то шамкает своему мужу: только он ее и понимает. Еще у одной челюсть свернута на сторону - будут поправлять. До этого сделали уже две операции, и обе неудачные. У остальных никаких видимых признаков травм или нарушений.

Наконец очередь иссякает, и профессор Неробеев утомленно присаживается рядом со мной напротив телевизора.

- У меня ныне три человека были с явными психическими отклонениями, - жалуется он. - Одна пришла, говорит: у меня в лице что-то передвигается, и как подобно как в брюхо что-то стекает. Я ее к психиатру отправил.

- Что, прямо где-то и сказали: "Вам к психиатру"?

- Нет, конечно. Велел миновать в иной кабинет. Сказал просто: вас там примет специалист. Другую что-то душит, а третья... Знаете, я даже гутарить не хочу.

В неофициальных беседах пластические хирурги и сотрудники клиник говорят, что едва ли не половинка клиентов - люди, мягко говоря, со странностями. Но одно дело - явные отклонения, другое - психологические проблемы, которые во миг консультации у хирурга разрешается и не обнаружить.

- Произвольный пластический хирург - ладный психолог, - объясняет мне правитель одной клиники. - Консультация обыкновенно длится несколько часов, и из-за это час все становится понятно, даже администраторы сию минуту замечают, с кем могут быть проблемы.

Если леди приходит и говорит: сделайте мне каждую грудь по полтора литра, то мы такую безотложно отправляем. Если итог с эстетической точки зрения будет нехорош, вслед за операцию мы не беремся. Иногда, правда, проблемы уже следом обнаруживаются. Вот убирали мы одному пациенту лопоухость, а он опосля приходит и говорит: мне с внутренней стороны бедер надо сделать липосакцию. Зачем, спрашиваю? Так точно я, говорит, недавно Ленинградский проспект перебегал, примерно ноги заплелись - упал. Мы, конечно, никакую липосакцию ему совершать не стали. А еще одна наша пациентка рассказала, что, затем того как мы ей грудь увеличили, ее шеф повысил. Не следовать грудь, конечно, просто она стала по-другому себя чувствовать.

- А может, если бы она с психологом побеседовала, то и со старой грудью стала бы себя по-новому чувствовать?

- Ни одна клиника не возьмет в штат психолога: это лишние деньги. К тому же для чего отговаривать пациента, если ему это надо и по всем показаниям операцию ему сделать можно?

Александр Неробеев не берется оперировать не только людей с явными психическими отклонениями, но и тех, кто сверх меры сконцентрирован на своей проблеме или предъявляет завышенные требования к результату ("хочу быть как Анджелина Джоли"). Отказ получают равно как люди с повышенной нервной возбудимостью.

Тем не менее на поверку на почтительном расстоянии не все хирурги оказываются довольно проницательными. Психолог Мария Полянина рассказала, что единственный популярный хирург сделал несколько пластических операций психически больному человеку, сколько угодно лет кряду принимавшему нейролептики. А рано ли,поздно ли узнал об этом, весьма удивился, но в очередной операции по улучшению внешности ему не отказал. Мария считает, что предварительная консультация психолога была бы полезна всем: и пациентам, чтобы лучше осмыслить с собственными мотивами и ожиданиями, и хирургам, которые, помимо результатов клинических анализов, необходимых для всякий операции, не знают о своем пациенте ничего.

В Европе, в частности в Германии, предварительная консультация у психолога перед проведением пластической операции считается нормой. Психолог не отговаривает от операции и не заставляет пациента после одну беседу полюбить себя со всеми своими недостатками. Он, скорее, готовит и пациента, и хирурга к последствиям операции, а попутно докапывается до истины: что толкает человека под нож.

Отпугивать и отговаривать людей, решивших изменить свою внешность, бесполезно, верно и не нужно, считает большинство пластических хирургов. Они, конечно, кровно заинтересованы в своих пациентках, но и те имеют достаточно мотивов, чтобы пластическая хирургия посредством несколько лет по степени обыденности приблизилась к косметологии. Ожидания, во всяком случае, уже опережают технологии.

- Приходят сильно часто, как в парикмахерскую. Ей говоришь: семидневка на реабилитацию, а она отвечает: у меня только четыре дня! - рассказывает Неробеев.

"Вот были одно период в моде "золотые нити", - вспоминает он. - Результат, прямо скажем, не очевиден, но сама операция достаточно проста. А главное: сквозь полгода-год понадобится новая. Это же выгодно. А эстетическая хирургия - это в первую очередь бизнес. Знаете, любой хирург мечтает сделаться парикмахером. Вследствие того что что волосы надо стричь как самое меньшее раз в два месяца. И эстетическая хирургия к этому идет: операции становятся проще, а работать их надо все чаще. Посмотрите, что происходит в косметологии: без конца какие-то новые аппараты и технологии. Через 5-10 лет 70% этих новшеств окажется фуфлом, но люди-то ходят, платят монеты и получают новое само­ощущение. А в косметологии, как и в пластической хирургии, важен субъективный результат".

Иллюстрации: Андрей Ткаленко для "РР"

Keywords: