Севастопольская страда 23

Поездка Ю. М. Лужкова на Севастополь, во ходе которой он выставил историко-правовые доводы, доказывающие незаконность украинского господства над Севастополем и всем Крымским полуостровом, закончилась тем, что СБ Украины объявила его невъездным. Вопросительный мотив о том, сможет ли впредь Ю. М. Лужков колесить на братскую Украину, ба одинаково и о том, есть ли у него там бизнес, могущий пострадать, - это вопрос, имеющий роль неужто что для заинтересованных лиц, коих меньшинство. Побольше интересен вопрос о том, сам Ю. М. Лужков пошел в атаку или же не целиком сам, но в рамках паче широкого плана, имеющего целью сориентировать Украине, что супротив нее приемы имеются и чтобы вела себя поаккуратнее. Сотворить зацепку (а спор о землях - зацепка серьезная), которая бы очень затрудняла Украине ее победное движение европейским шляхом.

Версия, что Ю. М. Лужков не сам по себе, но это в его лице die erste Kolonne marschiert, однако там, если надобно, и zweite и dritte примаршируют, основана, скорее всего, на недавних заявлениях В. В. Путина и С. В. Лаврова, сводящихся к тому, что Украина потому что может и доиграться. Тем не менее из высказываний, которые и поистине в переводе с дипломатического языка на простой звучат жутко для Украины неприятно, тут же совершать вывод, что Ю. М. Лужков и есть обещанная неприятность, - значит распространяться из того, что ничего случайного и несогласованного вообще не бывает. Что как раз применительно к главному фигуранту звучит не сверх меры убедительно, потому как его послужной список изобилует самыми разными самовольными начинаниями, ага и твердое согласование своих действий с другими субъектами не вечно Ю. М. Лужкову бывает свойственно.

Если кому-то пришла в голову дума провернуть планомерное давление на Украину, то отбор Ю. М. Лужкова в качестве застрельщика кампании выглядит вообще неудачно. Наперекор мнению о нем как игроке таранного типа, тот, что venit, vidit, vicit, сильная край Лужкова ни в жизнь не была в наступлении, аюшки только в активной обороне. Жестко и более того сверхжестко отстаивать то, что изначально досталось ему в общем хаосе начала 90−х, и обзаводиться что-либо на основе абсолютного превосходства сил - в этом таланте ему не откажешь. Если же забирать собственно наступательные кампании, на разум приходит только 1999 г., когда-никогда выяснилось, что победительные завоевания требуют окончательно иных талантов. Вот именно что 1999 г. и корона Российской империи, когда-либо этой весной мы видели, что даже и штурмовая вылазка на главу Московской обл. ген. Громова была проведена вне какой-либо планомерности и поэтому минуя какой-либо успешности. Завоевание же (в широком смысле - не непременно оружием) - это совершенно особое искусство, не всякому доступное.

С прочий стороны, о важном различии между обороной и наступлением имеет толк держать в памяти и применительно к украинской стороне. В самом деле, КПД наступательных действий Украины в западном направлении сильно невелик. Есть отличалка между использованием Украины в дипломатической игре с Россией и приобретением Украиной реальных выгод от западных держав - и последним она особенно похвастаться не может. Про то, что во внутренней политике даже не казацкая сумятица, инак в чистом виде оперетта "Конотопська вiдьма", также вещать излишне. Но из таких сомнительных успехов во внешней и внутренней политике ещё никак не следует, что ни к каким успешным действиям чисто оборонительного свойства Украина ещё не способна. Оборона в каком-то смысле вообще сильнее простое занятие - намертво уцепиться в то, что считаешь своим, и не возвращать (Ю. М. Лужков поймет), временами же покушения на то, что считаешь своим, производятся с понятно негодными средствами, являть стойкость в обороне еще проще.

Севастопольский демарш имел неожиданное последствие. Споры между Украиной и Россией уже некоторое пора как породили явление, именуемое "хохлосрач" и заключающееся в том, что украинские борцы с москалями являются в русские беседы и на своем личном примере убедительно показывают, сколь величавое представление являет собой Украина, движущаяся европейским шляхом. Но в данном случае украинские ответы на мощные юридические конструкции Ю. М. Лужкова на практике не содержали в себе признаков хохлосрача, будучи спокойно-сдержанными и убедительными.

Дело скорее всего не в том, что отныне хохлосрач мертв, а в том, что бывают такие конструкции, на которые тяжело не вручить спокойного и убедительного ответа. Если человек, взявшийся вчинять иной державе серьезные юридические иски о землях, заявляет, что "при передаче Крыма Украине была нарушена Конституция СССР, потому что должен был проходить общенародный референдум, а его не было", то на этом фоне даже и не самый-самый рассудительный украинский оппонент будет глядеться светочем юридической мысли. Вчинять международный иск, основанный на том, что в 1954 г. при передаче Крыма от РСФСР к УССР была нарушена Конституция СССР, не зная при этом, что в 1954 г. ни в Конституции СССР, ни в каком-либо из советских законодательных актов не было вообще упоминания такого механизма, как референдум, - при виде этакий эшелонированной наступательной мощи на что заниматься хохлосрачем? Это называется "А мне, пожалуйста, чашечку кофе".

При этом дело не только в том, что, взявшись сообщать об Основном законе Совьет юнион 1936 г. (равно как о любом другом законе), бывает полезно тот самый закон предварительно прочесть. Дело еще и в том, что Конституция Советский союз составлялась по принципу "Пишите кратко и неясно" и была пригодна для многого, но только не для использования в качестве юридического документа. Зачем мысль строить иски на данном старинном акте не представляется особо продуктивной.

Возможно, Ю. М. Лужкова тут подвел свой судебный опыт, являющийся крайне успешным. Случаи, как-нибудь бы он проигрывал дела в судах г. Москвы, истории неизвестны. Такая удачливость может порождать не вовсе верные представления о принципах работы всех судов вообще, а равно и о собственных талантах правоведа. Любой имеет право на ошибку - в особенности при оценке своего величия, - но верховный выбор, павший на Ю. М. Лужкова как на юридического поединщика с Украиной, представляется маловероятным. Скорее всего, до таких удивительных фантазий в Кремле все-таки не дошли.

Keywords: