Признание взрывника 2

Денис Измайлов

Прапорщик Александр Шаталов, грозивший взорвать себя во Новокузнецке (Кемеровская область), на днях был переведен из городской больницы на психиатрическую клинику. Незадолго до перевода он успел передать посредством близких сообщение для журналистов.

Напомним, эпизод с Шаталовым в конце ноября 2007 года поразил всю страну. Работник новокузнецкой милиции, профессиональный сапер и снайпер тогда забаррикадировался в собственной квартире в девятиэтажном доме в Новокузнецке и грозился взорвать себя, если к нему не пригласят журналистов, руководство ГУВД Кемеровской области и лично главу администрации области Амана Тулеева. Милиционер требовал провести независимую проверку финансового управления УВД Новокузнецка, тот, что возглавляла Марина Нестерова. Он обвинил ее в том, что она не выплачивает сотрудникам заработанные средства, ба ещё вербует их в секту «Живая вода».

После многочасовых переговоров власти области не смогли уболтать Шаталова сдаться, и штурмовой отряд захватил бывшего коллегу. При задержании прапорщик с ранениями и ожогами был доставлен в городскую больницу под стражей. В декабре ему было предъявлено обвинение по ст. 205 («Терроризм»). Без малого сию минуту была назначена судебно-медицинская экспертиза (процедура в таких случаях традиционная), и, как только его состояние улучшилось, бывшего милиционера перевели в психиатрическую клинику. Опасаясь, что суда может и не быть, Александр Шаталов написал в больнице послание для журналистов с просьбой издать его без сокращений в оппозиционной местной власти газете "Кузнецкий рабочий". "Упорство, с которым меня заталкивают в психиатрический стационар, наводит на мысль, что там загодя уже все решили", пишет Шаталов. Действительно, все то время, более того до предъявления обвинения, к нему был запрещен доступ журналистов. В больнице "взрывника" охраняли три омоновца и два милиционера.

В начале письма прапорщик сообщает, что не считает свои действия неправомерными, инак относит их к двум статьям УК РФ: ст. 37 («Необходимая оборона») и ст. 39 («Крайняя необходимость»). Напомним, что в тот злополучный день все обитатели дома, где находился Александр Шаталов с самодельными взрывными устройствами, были эвакуированы. Следствие дало правовую оценку событиям опасность жизни населению. В связи с чем и было возбуждено занятие по статье «Терроризм». Сам Александр Шаталов является профессиональным сапером и снайпером, не раз участвовавшим в боевых действиях в Чечне. Прапорщик утверждает в письме, что никаких взрывных устройств, помимо бутылки с порохом и ракетницы, у него не было. Таким образом, при взрыве этих предметов жилой обиталище бы не рухнул и никто бы не пострадал.

Со слов Шаталова, о своем готовящемся аресте он узнал заранее, потом того как в своем заявлении на имя следователя прокуратуры просил передать материалы проверки по деятельности начальника финуправления УВД Новокузнецка в областной следственный комитет. Шаталов утверждал, что госпожа Нестерова не выплачивает сотрудникам "боевые" финансы и состоит в секте "Живая вода". В своем письме бывший милиционер опроверг информацию о том, что требовал выплаты "боевых", заявив, что речь шла о заработной плате. "В прошлом году меня неоднократно предупреждали, что достигать увольнения Нестеровой опасно, бесперспективно и нетрудно глупо. Я и сам явственно понимал, на кого замахнулся. Но я ни в жизнь не забывал фразу, которую выдавливали из себя милиционеры, прочитав материалы судебного процесса по заявлению Владимира Катюка (сотрудник Новокузнецкого батальона патрульно-постовой службы). Они, не сговариваясь, говорили одни и те же слова: «Оказывается, разрешено существовать на зарплату». Судебное вывод как раз по этому заявлению я требовал зачитать в эфире (телеканала) 29 ноября (в день захвата)... Первоначально ему (В. Катюку) присудили менее пятисот рублей, однако следом больше 80 тыс., которые Владимиру Катюку «начислили, но не выплатили». И, сколь мне известно, 50 тыс. из этой суммы не являются «боевыми». Это зарплата. И, возможно, остальные 30 тыс. тоже. Кроме того, я позвонил двум милиционерам и спросил, не дадут ли они беседа по фактам произвола и шантажа? Они согласились. И я потребовал, чтобы это вдобавок прозвучало в эфире", пишет Александр Шаталов.

Но в тот день, как известно, прямой эфир для "взрывника" около и не состоялся. Зато на телевидении выступил прибывший из Кемерова начальство ГУВД Кемеровской области Александр Елин с призывом к Шаталову сдаться.

Пока следственные органы не дают комментариев по делу Шаталова. Руководство финуправления ГУВД Кемеровской области равно как не сообщает, проводилась ли позже этого ревизия в УВД Новокузнецка. Но, по словам источника, близкого к финуправлению Новокузнецка, в начале декабря 2007 года из Кемерова приезжала комиссия с проверкой. Что ей удалось определить неизвестно. Но на нынешний день Марина Нестерова не занимает должности начальника финансового управления УВД Новокузнецка.

Александр Шаталов закончил близкое письмо следующими словами: "В суде, если он состоится, я хотел бы воспроизвести слова, записанные на диктофоны новокузнецкими и московскими телевизионщиками, но покуда не прозвучавшие по центральному телевидению и вырезанные на местном. Я боролся вслед то, чтобы наши милиционеры не забирали взятки, не обирали задержанных, не занимались крышеванием. Вследствие того что что на милицейскую зарплату позволительно жить, если обретать ее полностью. Я хотел бы представить доказательства произвола в отношении меня, других сотрудников милиции и гражданских лиц. Я невпроворот чего хотел бы проговорить на этом суде. Но, узнав о том, что следом 29 ноября ни единственный новокузнецкий милиционер не обратился в суд по поводу заработанных, но неполученных денег, все чаще задумываюсь: а не бессмысленно ли я пустил свою бытие под откос? Может быть, сегодняшний произвол устраивает не только начальство, но и подчиненных?"

Keywords: